Итоги энергетики в 2016 году: стабильности не видно

Энергетическая политика Украины в 2016 году продолжила переживать свои худшие времена. Упадок существующих систем газо- и электроснабжения приведет к неизбежной, срочной и авральной модернизации энергосистемы за кредитные средства. И это грозит в будущем полной потерей права собственности как на объекты инфраструктуры (газотранспортная система, ТЭС, АЭС, ГЭС), так и возможность получать доходы от продажи газа и электроэнергии. К сожалению, в 2016 можно было наблюдать продолжение хаотических действий так называемых реформаторов и имитации изменений в энергетике, которые ограничиваются повышением тарифов и непродуманной отказом Украины от своих существующих возможностей транзитного государства. Курс в энергетике, который выбрали и дальше подтверждают руководство правительства и монополий («Нафтогаз Украины», «Энергоатом», «Укрэнерго») только ускоряет деградацию энергосистемы государства.

1. 2016 год отличился бездумным и необоснованным повышение тарифов на природный газ до уровня 6879 грн за 1000 куб. м. Заявления «Нафтогаза» и правительства о рыночном методе установления цены на газ, единой цене на газ для населения и промышленности уже в первый год оказались большой аферой и обманом населения. Импортный газ растет, а его стоимость для населения не меняется. Это означает дальнейшее ручное регулирование тарифов на газ и новую коррупцию при установлении тарифов. Также показательным стало замалчивание со стороны правительства, НКРЭКУ, «Нафтогаза» вопроса объективности установления тарифа на газ на уровне 6879 грн.
2. В 2016 г. правительство продолжило реализовывать начатую преступную схему субсидий и дотаций. Никакого рынка тарифов на газ и тепло фактически не появилось. А государство и в дальнейшем оплачивает большую часть стоимости тарифа для населения. Разница в том, что с 40 млрд. грн «субсидий» в 2016 г. — около 33 млрд. грн. получат теплокоммунэнерго, облгазы и облэнерго. И все эти средства транзитом проходят через «Нафтогаз». Фактически мы имеем дело с совершенствованием и расширением узаконенной сомнительной схемы вымывания средств через бюджет.
3. В 2016 г. продолжается затяжное падение экономики и это еще сильнее наносит удар по энергорынку страны. Промышленность сокращает потребление газа даже больше, чем прогнозировалось, — до 9 млрд. куб. м (20 млрд. куб. м — 2013 г.). Потребление электроэнергии промышленностью также продолжает падать — 48 млрд. кВт-ч (64 млрд. кВт-ч — 2013 г.).
4. В 2016 г. борьба за влияние и контроль на «Нафтогаз» только усилилась. Впрочем, как и продолжалась имитация разделения компании. Формально Украина приблизилась к решению о реформировании-разделе «Нафтогаза». Но, к сожалению, с выполнением условий третьего энергопакета это не имеет ничего общего. Со стороны окружения президента Порошенко продолжается закулисная борьба за влияние на «Укргаздобычу» и «Укртрансгаз».
5. В 2016 г. «Нафтогаз Украины» активно занимался имитацией сотрудничества с ЕС, что вылилось в подписание меморандумов о хранении газа в подземных хранилищах Украины, строительство интерконнекторов. При этом в «Нафтогазе» нет ответа на вопрос «кому это нужно?», Поскольку рынок потребления газа в Украине катастрофически снижается, а ГТС теряет свое значение для ЕС.
6. В 2016 г. к своему логическому завершению подходит суд в Стокгольме «Нафтогаза» и «Газпрома». И чем ближе к дате решения, тем менее пафосными становятся заявления «Нафтогаза», а появились непонятные паникерские настроения о возможном срыве суда со стороны «Газпрома», возможного решения не в пользу Украины. В любом случае за три года суда «Нафтогаз» так и не смог публично предоставить хотя бы один факт контракта, который дает возможность «Нафтогазу» претендовать на положительное решение суда. Тем самым линия поведения «Нафтогаза» в 2017 году может привести к поражению, что будет стоить Украине не менее 7-10 млрд. долл.
7. Отдельно стоит сказать об «Укргаздобыче», которая должна была готовиться к приватизации, но это решение отложили. Сейчас компания готовится к малообоснованному увеличению добычи газа при заявленных планах правительства вообще сокращать потребление газа. Однако попытки окружения Порошенко контролировать этот государственный актив, возможность осваивать почти ежегодно 20 млрд. грн для добычи газа — это можно считать достаточным основанием для борьбы.
8. В 2016 г. «Нафтогаз» продолжал переплачивать за покупку реверсного газа в ЕС. «Нафтогаз» через два года реверсных поставок, загнанный в угол, признал цену поставок на европейский газ выше. И это только официально — более 25 долл. Со всеми скрытыми платежами, транспортом, процентами по кредитам — переплата составляет более 45 долл. за каждую 1000 куб. м.
9. В 2016 г. Украина потерпела неудачу относительно попытки создать совместное предприятие с ЕС по транзиту газа. Политика «Нафтогаза», а точнее ее отсутствие, привела к поражению Украины на газовом рынке ЕС. Решение Еврокомиссии по газопроводу OPAL — только это подтверждает, а быстрые темпы развития «Северного потока-2» и «Турецкого потока» только дальше обесценивают украинскую ГТС. И грустно, и смешно видеть как руководитель «Нафтогаза» Коболев сам признает, что его деятельность за 3 года привела к обесцениванию ГТС в 5 раз — с 30 млрд. до 6 млрд. долл.
10. В 2016 г. «Нафтогаз» стал еще более зависимым от своих «партнеров» в ЕС. Даже настолько, что не способен даже согласовать и закупить необходимые объемы газа без привлечения кредитов. В то же время, это можно назвать лишь искусственной подсадкой «Нафтогаза» на новую «кредитную иглу».
11. В 2016 г. «Нафтогаз» умудрился довести до кризиса ситуацию с китайской кредитной линии на 3,6 млрд. долл. Это стало следствием бездействия и предложения малореалистичных проектов замены газовых котлов населения, строительства ТЭС. Китай фактически заморозил возможность использования этих средств. По аналогии с известной народной поговоркой можно сказать: уходящий год прошел также под лозунгом «дай Нафтогазу китайский кредит в руки — он и его разобьет».
12. В 2016 г. на финишную прямую вышел постепенный передел рынка добычи газа частными компаниями. Свои позиции усилил президент Порошенко и его окружение. Длительные судебные и прокурорские «разборки» вокруг активов бывшего президента Януковича (Burisma, компании Александра Онищенко, Эдуарда Ставицкого), газовых компаний Ахметова и Пинчука завершилось вполне предсказуемо. Можно сказать, что «слепой траст» по управлению газовыми активами уже довольно успешно функционирует. И, как говорят в Одессе, «таки да», газовый бизнес продолжает оставаться бизнесом президентов.
13. В 2016 г. продолжилось энергетическое ослабление группы «Приват» и Игоря Коломойского. «Приват» и дальше терял оперативный контроль над «Укрнафтой» и вовсе оказался отрезанным от «Укртранснафти». В обоих случаях интересы Коломойского потеснил президент Порошенко. Можно сказать, что после национализации «Приватбанка» процесс вытеснения Коломойского из энергосектора будет усиливаться.
14. Нелегкие времена переживает и Дмитрий Фирташ и Group DF. Фирташ едва решил вопрос с Яценюком по долгам химических предприятий за газ. Но уже в этом году на горизонте появились представители президента Порошенко со своим видением развития системы управления газовыми сетями, что создает риски для дальнейшего спокойной жизни облгазов Фирташа.
15. Не лучше ситуация в энергетического бизнеса Рината Ахметова. Компания ДТЭК фактически находится в состоянии дефолта по выплате почти 900 млн. долл. кредитов. Компании удалось провести реструктуризацию своих долгов. В то же время, компанию Ахметова обвинили в договоренностях с окружением президента Порошенко относительно возможного получения выгоды от покупки облигаций ДТЭК и повышением тарифов для ТЭС в интересах кредиторов.
16. В целом 2016 год ознаменовался усилением интересов группы президента Порошенко в энергетической отрасли — это касается влияния на «Центрэнерго», «Укринтерэнерго», «Укртранснафту», «Укрнафту», «Укртрансгаз». Фактически вокруг государственных компаний создается пул политиков и бизнесменов близких к Порошенко, которые уже даже среди иностранных консультантов получили прозвища «шоколадные директора» вроде «красных директоров» в начале 90-х гг.
17. 2016 год ознаменовался усилением экономических контактов с неконтролируемыми территориями Донбасса по поставкам угля-антрацит. В принципе весь год растет оборот торговли с так называемыми «ДНР» и «ЛНР». Рост добычи угля на неконтролируемых территориях местами достигает вдвое, например шахта «Комсомолец Донбасса» (ДТЭК). Крупнейшими поставщиками дефицитной марки угля остаются ДТЭК и государственная «Центрэнерго». Позиция власти и провластных структур за три года изменилась от резко негативного отношения к такому сотрудничеству Украины и т. н. «ДНР», «ЛНР» до лояльного признания необходимости покупать уголь.
18. В 2016 г. состоялась неудачная попытка реформирования существующего дотационного рынка угля Украины. Введение в действие формулы «Роттердам +», которая предусматривает продажу угля шахтами по цене импортного угля по индексу API2 вместе со стоимостью доставки, не оправдала себя. Вместо возможного переходного варианта к реальному рынку угля такая формула может превратиться в очередную схему для участников нынешнего украинского рынка угля смешанного государственно-частного типа. В то же время, именно такая формула теоретически могла дать государственным шахтам средства на модернизацию. Единственным гарантированным эффектом стало то, что в формуле «Роттердам +» теперь понимаются как в футболе все — от поэта до тракториста.
19. В 2016 г. компания Westinghouse, которая поставляет топливные сборки для «Энергоатома» на украинские АЭС, расширила свою работу и начала поставлять топливо на Запорожскую АЭС. В то же время, контрактный режим использования топлива остается рискованным, поскольку не выходит за рамки экспериментирования и тестирования. Поэтому на данном этапе использования топлива Westinghouse и дальше несет риски и непрогнозируемые последствия для оборудования АЭС.
20. В 2016 г. компания «Энергоатом» признала провал и неудачу плана организовать и обеспечить маневрирование блоками АЭС. Хотя технологически блоки ВВЭР на АЭС не предусмотрены для такой технологической эксплуатации. Вначале 2016 г. правительство даже согласовал план маневрирования АЭС и ожидал официального начала таких действий до 31 декабря 2016 г. Но уже в сентябре глава «Энергоатома» Недашковский признал материальный и финансовый ущерб, который нанесли экспериментальные режимы маневрирования АЭС в течение 2014-2016 гг.
21. В 2016 г. окончательно провалилась идея приватизации «Одесского припортового завода». С поставленной задачей все участники спектакля под названием «приватизация ОПЗ» справились на «отлично». Снижение цены продажи почти вдвое продемонстрировало тактику власти, которая заключается в сохранении этого актива под контролем государства, что значит под контролем группы президента Порошенко. Ранее на ОПЗ «зарабатывала» группа Яценюка.
22. В 2016 г. окончательно провалилась идея глобальной энергоэффективности, которая должна была, по мнению власти, реализоваться за счет самих граждан. Провал программ по типу «теплый дом» государственных банков, средства которой иссякли уже в середине 2016 года, — более чем показательна история. В то же время, повышение тарифов не дало коммунальным организациям и теплокоммунэнерго средств для энергоэффективности. Соответственно, правительство изменило стратегию и занялся созданием Фонда энергоэффективности за счет инвесторов и иностранных кредитов. Однако, коррупционность государственной системы не дает достаточно оснований ожидать и от такого фонда эффективного результата.

Вам понравиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *